Светлана Чулочникова "Береги его, Господи"

береги его, Господи, я не смогу сама,
мне на это не хватит ни мужества, ни ума,
лишь любовь моя дальняя – ладанка на груди...
береги его, ангелов горних не отводи.

и когда одиночество станет невмоготу,
отодвинь пустоту, как базальтовую плиту,
подскажи ему, Господи, женщину, строчку, свет –
пусть они будут рядом, я не ревную, нет.

если прошлое гонится – свора голодных псов,
дай укрыться ему, понадёжней задвинь засов,
если пропасть безвестная ждёт его на пути,
он, конечно, шагнёт, только ты его подхвати.

я отдам ему голос и сердце, ещё – крыло,
мне – спасибо тебе – в этой жизни и так везло
...но шепни мне, шепни, если это произошло:
он летает во сне, и в небе ему светло.

(с)

Горные вершины

Горные вершины

Спят во тьме ночной;

Тихие долины

Полны свежей мглой;

Не пылит дорога,

Не дрожат листы...

Подожди немного,

Отдохнешь и ты.

 

М. Лермонтов

 

...замерло все до весны…
Поля, и деревья спят, видят сны,
И крутят свои кинопленки нам по - ночам…
Ты тоже бываешь там…. – этим снам
Нам в завет познание тайны…
-С природой астральные Мы…
Снова зима
Расскажет, покажет, укажет,
Как она Кайна,
Укрывала в снега…как печально
Печатью на небе взойдет вновь луна…
Из окна отражение глаз…
В ответ на звонок короткий гудок - «Не сейчас…»
И звезды смеются искрой, в отражении слез,
Им кажется мелочно все не всерьез
-Когда расстаются…
Дотянуться… - ей хочется только коснуться
Того - кто так далеко и не хочет проснуться…
Стук колес…
«Невский экспресс» вновь спешит под откос
Расстаются и судьбы, и люди,
все холодом студит
Зима ,оставляя вопрос
Без тепла и ответа…
– до лета ждет… Она… конца света…
Среди белых полос…
А весна вновь рисует круги…
Стук колес…

Скучает, видно, по тебе осень...



Я о тебе не так давно знаю,
И мы не будем никогда вместе.
К тебе на юг сейчас летят стаи,
Несут на крыльях от меня вести.
Ты на другом конце Земли где-то,
Да только кажется, что здесь, возле.
в твоих краях сейчас царит лето,
А у меня уже давно осень.

Приснился сон мне, что тропой узкой
По лету бабьему идем рядом.
Ты говоришь мне о своих чувствах,
А мне довольно одного взгляда.
В твоих глазах морской прибой плещет,
А там, где я - дрожащий лист оземь...
Мой добрый сон не может стать вещим,
Ведь это только у меня осень.

Ты напиши мне: донесли птицы
Тебе отправленные мной строчки?
Не забывай мне по ночам сниться.
Не завершай наш диалог точкой.
На сером небе не видны звезды,
Дождь затяжной стучит в окно гостем.
Текут по стеклам ручейки-слезы.
Скучает, видно, по тебе осень.

Н.Капошко.

~*~

Он:
Я тебя отыскал,
/или ты меня?/ Это ли важно?
Мы друг друга нашли,
чтоб любовью надолго, всерьез заболеть.
Если будут лечить, мы – вдвоем.
И не так уже страшно
Взявшись за руки с крыши... и ввысь
За мечтою заветной взлететь...
А пока не нашли нас
и не рассекретили - сложно,
Но мы все же упрячем
друг друга под самое сердце, любя.
И никто, кроме нас,
никогда догадаться не сможет,
Что на краешке чашки кофейной
я утром целую... тебя.

Она:
Наш секрет поселился
в подушечках ласковых пальцев,
В наших странных улыбках без повода,
в сказочных снах наяву
Он живет в грустных взглядах,
которые, словно скитальцы,
Беспокойно блуждают по небу
и ищут ответ «Почему?»
Почему эту радость
и нашу безмерную нежность
Разделить мы не можем ни с кем,
от бессилия больно в груди!
Только мысль о тебе
согревает мне душу, как прежде
Освещая лучами любви
по-осеннему хмурые дни...
Сберегу нашу тайну я в сердце.
Дыша осторожно,
Моих жаждущих губ часовые
надежно секреты хранят.
И никто, кроме нас,
никогда догадаться не сможет,
Что на краешке чашки кофейной
я утром целую... тебя.

ЖЕНЩИНА С ХОЛОДНОЮ ДУШОЮ

Женщина с холодною Душою,
С нежной кожей, с зеленью в глазах,
Я не знаю, как мне быть с тобою,
На каких мне взвешивать весах
Своё сердце и твою улыбку,
Свою жизнь и твой печальный взгляд?
Я иду к тебе по тропке зыбкой,
Делая ошибку за ошибкой,
Через снежные завалы наугад.

Женщина с холодною душою,
С пьяным ароматом алых губ,
Женщина, мне ставшая чужою,
От которой отказаться не могу.
Я в твоей душе нашёл случайно
Зарубцованные раны от обид,
Замороженных тоскою и печалью,
Воспаривших и упавших чаек,
Захлебнувшихся в студеном море – «быт».

Женщины с холодною душою,
С колдовским угаром знойных ласк,
Подскажи мне – кто ж тому виною,
Что любовь холодная у нас?
В моём сердце бешеное пламя,
Я хочу твой холод растопить,
Но не справиться мне с вековыми льдами.
Никогда не будет рядом с нами
Быстрой речки, чтобы дальше плыть.

Женщина с холодною душою,
Ты ещё моя, но… не со мною.

Владимир Троценко.

Я скорее умру, чем...

Я сольюсь с темнотой, закрывая ставни.
Чувства – бездна души, их нельзя измерить.
- Я скорее умру, чем тебя оставлю.
- Я скорее умру, чем тебе поверю.

Слез не надо. Позволь, я тебе их вытру.
Ты уходишь из сердца, а сердце бьется.
Только дверь за собою оставь открытой.
Тот, кого я впущу, в тот же день, найдется.

И, забывшись, ты вдруг преклонил колено.
В светло-серых глазах отразился вечер
- Ты  так быстро найдешь для меня замену?
<i>…я, скорее, умру, чем тебе отвечу</i>

© Copyright: Саша Бес, 2010

Серия сообщений "В гостях © Саша Бес":
Часть 1 - Про Город и его Кошку
Часть 2 - Поцелуй в запястье
...
Часть 18 - И, вновь, зарывшись с головой под одеяло...
Часть 19 - Чувство, что я берегу
Часть 20 - Я скорее умру, чем...
Часть 21 - Точь-в-точь

Морской пейзаж


Иваненко Михаил
Морской пейзаж

Как хорошо ты, о море ночное, —
Здесь лучезарно, там сизо-темно...
В лунном сиянии, словно живое,
Ходит, и дышит, и блещет оно...

На бесконечном, на вольном просторе
Блеск и движение, грохот и гром...
Тусклым сияньем облитое море,
Как хорошо ты в безлюдье ночном!

Зыбь ты великая, зыбь ты морская,
Чей это праздник так празднуешь ты?
Волны несутся, гремя и сверкая,
Чуткие звезды глядят с высоты.

В этом волнении, в этом сиянье,
Весь, как во сне, я потерян стою —
О, как охотно бы в их обаянье
Всю потопил бы я душу свою...

Ф. Тютчев


Сонет


Позови меня с собой...
Читать далее

ТОЛЬКО ОН НЕ ВЕРНУЛСЯ ИЗ БОЯ…



.... Сейчас передышка. Сойдясь у опушки,
Застыли орудья, как стадо слонов,
И где-то по-мирному в гуще лесов,
Как в детстве, мне слышится голос кукушки...

За жизнь, за тебя, за родные края
Иду я навстречу свинцовому ветру.
И пусть между нами сейчас километры -
Ты здесь, ты со мною, родная моя!

В холодной ночи, под неласковым небом,
Склонившись, мне тихую песню поешь
И вместе со мною к далеким победам
Солдатской дорогой незримо идешь.

И чем бы в пути мне война ни грозила,
Ты знай, я не сдамся, покуда дышу!
Я знаю, что ты меня благословила,
И утром, не дрогнув, я в бой ухожу!

(Эдуард Асадов, из "Письма матери")






"Друг, оставь покурить",- а в ответ тишина...


22 -го июня, в 4 часа утра началась Великая отечественная война.
Эта дата навсегда останется Днём Скорби и Памяти - Вечной Памяти павшим!

Резьба по ракушке. Так нежен хрупкий мир...

Вивальди - Concerto for Oboe and String Orchestra in A Minor III Allegro

В мерцанье перламутрового света

Застывший взгляд.

Черты лица и детства радостное эхо,

Немой наряд.

Гравюрой праздничной, резьбой меняя грани,

Поэта нить

Пленяет чистые бесстрашные медали -

Любви гранит.

Fridrix

ДАЛЕЕ

Ты счастлив?

Я больше не звоню тебе. Не стоит… Ты дал мне столько холода тем летом, Что можно было Арктику надстроить, Что можно было заморозить всю планету. Я больше не пишу тебе. Не надо… Ты научил меня как стать циничней. Ты показал на дверь чужого ада, И я брожу там. Мегабезразлична. Я больше не ищу тебя. Зачем мне?... Так и не понял слов: ни шепота, ни крика… Я даже не ищу тебе замену. Я стоптана… исчерпана…безлика. Мир умер. Я брожу по парапету. В попытках рвать саму себя на части… И сжаться в ком, и заорать в чужое небо: «Я больше не ищу тебя! Ты счастлив?»

В час немыслимого отчаяния

В час немыслимого отчаяния,
Задыхаясь от невезения,
Научись у камней молчанию,
Научись у земли терпению.

Гибким стань, как трава весенняя,
И, хмелея от бесконечности,
Словно капли лови мгновения,
Растворяющиеся в вечности.

Одолжи у луны чуть холода,
А у солнца немного пламени,
Не забудь, что молчанье — золото,
Научись у камней молчанию.

И тоска твоя безутешная
Вдруг покажется шуткой вздорною.
Жизнь на многих дрожжах замешана -
Полубелая, получерная...

Автор - Рустамка

Недописанный холст

 

Недописанный холст, недопитые бренди и кофе
Аритмия надежд, в не придуманной этике стен
Скатерть спрятала стол, пыль осталась безумством на штофе
Краски вместо судьбы, ах как мало их нынче взамен

Перегружен мольберт, как же мало живого цинизма
В математике слов, с геометрией мыслей и тел
Взгляд художника вдаль, отношений нелепая призма
Кисть устала писать, то, что разум раскрасить хотел

Сорок восемь часов, без пространства навеянным снами
Отрицает судьбу, грусть сжигает в тиши кофеин
Как же мало тепла, как же много сказал бы словами
Но пока только холст, да художник, что верит один

Снова пьяный трамвай, отстучит за окном степ по блату
Стрелки старых часов, от руки, мыслей выровнят круг
Целый год без души, как без эха шагов по Арбату
Одному за двоих, чуда ждать с хлипкой мыслью – а вдруг

Всё, не надо побед, коль война будет только войною
Побеждённому – жить, только масло лица смажет грим
Холст… и право не спать, бой до смерти… конечно с собою
Недописанный холст, в пятнах светло-холодных витрин…

 

ДОМ ВОСХОДЯЩЕГО СОЛНЦА )))

А вы это еще помните ?Джеймс Ласт (нем. James Last, настоящее имя Hans Last; род. 17 апреля 1929, Бинген) — немецкий композитор, аранжировщик и дирижёр.Первое публичное выступление Ласта состоялось в составе Hans-Guenther Oesterreich’s Radio Bremen Dance Orchestra[1] в 1946. Двумя годами позже Ласт создаёт Last-Becker Ensemble. С 1950 по 1952 гг. Ласт признавался лучшим джазовым басистом года. В 1964 создал собственный оркестр и стал писать танцевальные аранжировки популярных мелодий различных исполнителей.

Шекспир Уильям Я наблюдал, как солнечный восход Ласкает горы взором благосклонным, Потом улыбку шлет лугам зеленым И золотит поверхность бледных вод. Но часто позволяет небосвод Слоняться тучам перед светлым троном. Они ползут над миром омраченным, Лишая землю царственных щедрот. Так солнышко мое взошло на час, Меня дарами щедро осыпая. Подкралась туча хмурая, слепая, И нежный свет любви моей угас. Но не ропщу я на печальный жребий - Бывают тучи на земле, как в небе. James Last Дом восходящего солнца )))

Предлагаю если есть время посмотреть видеоо. Оркестр Джемса Ласта. " Одинокий пастух ". Это одно из лучших его произведений.

http://www.youtube.com/watch?v=8Tg9O_R5WHs&feature=player_embedded#at=34

Ее глаза на звезды не похожи,)))

Ее глаза на звезды не похожи, Нельзя уста кораллами назвать, Не белоснежна плеч открытых кожа, И черной проволокой вьется прядь. С дамасской розой, алой или белой,

Сонет Шекспира 130. Ее глаза на звезды не похожи, Нельзя уста кораллами назвать, Не белоснежна плеч открытых кожа, И черной проволокой вьется прядь. С дамасской розой, алой или белой, Нельзя сравнить оттенок этих щек. А тело пахнет так, как пахнет тело, Не как фиалки нежный лепесток. Ты не найдешь в ней совершенных линий, Особенного света на челе. Не знаю я, как шествуют богини, Но милая ступает по земле. И все ж она уступит тем едва ли. Кого в сравненьях пышных оболгали Би-2 Её глаза на звёзды не похожи ! )))

СКВОЗЬ

прозрачный свет через тревогу
пленяет сердце, душу, взгляд
ведет свою во тьме дорогу
через гряду пустых преград
бокал наполнен едким дымом
наполнен музыкой..тоской
безбрежным тихим серым миром
наполнен мир не той водой
через усталость дней протяжных
через мороз и через снег
несу слова из снов протяжных
несу слова как человек
они о многом и неважном
они о важном но не многом
местами будто бы отважном
местами просто так с порога
сужденний толпы и гримасы
укоры ближних и далеких
всех мнений три горы пластмассы
на перепутьях и в берлогах
пускай останутся в пространстве
все грозы пламенной стрелой
я буду рядом с постоянством
с тобой единственно одной

СРЕТЕНЬЕ
Иосиф Бродский
Анне Ахматовой
Когда она в церковь впервые внесла
дитя, находились внутри из числа
людей, находившихся там постоянно,
Святой Симеон и пророчица Анна.

И старец воспринял младенца из рук
Марии; и три человека вокруг
младенца стояли, как зыбкая рама,
в то утро, затеряны в сумраке храма.

Тот храм обступал их, как замерший лес.
От взглядов людей и от взоров небес
вершины скрывали, сумев распластаться,
в то утро Марию, пророчицу, старца.

И только на темя случайным лучом
свет падал младенцу; но он ни о чем
не ведал еще и посапывал сонно,
покоясь на крепких руках Симеона.

А было поведано старцу сему,
о том, что увидит он смертную тьму
не прежде, чем сына увидит Господня.
Свершилось. И старец промолвил: "Сегодня,

реченное некогда слово храня,
Ты с миром, Господь, отпускаешь меня,
затем что глаза мои видели это
дитя: он -- Твое продолженье и света

источник для идолов чтящих племен,
и слава Израиля в нем." -- Симеон
умолкнул. Их всех тишина обступила.
Лишь эхо тех слов, задевая стропила,

кружилось какое-то время спустя
над их головами, слегка шелестя
под сводами храма, как некая птица,
что в силах взлететь, но не в силах спуститься.

И странно им было. Была тишина
не менее странной, чем речь. Смущена,
Мария молчала. "Слова-то какие..."
И старец сказал, повернувшись к Марии:

"В лежащем сейчас на раменах твоих
паденье одних, возвышенье других,
предмет пререканий и повод к раздорам.
И тем же оружьем, Мария, которым

терзаема плоть его будет, твоя
душа будет ранена. Рана сия
даст видеть тебе, что сокрыто глубоко
в сердцах человеков, как некое око".

Он кончил и двинулся к выходу. Вслед
Мария, сутулясь, и тяжестью лет
согбенная Анна безмолвно глядели.
Он шел, уменьшаясь в значеньи и в теле

для двух этих женщин под сенью колонн.
Почти подгоняем их взглядами, он
шел молча по этому храму пустому
к белевшему смутно дверному проему.

И поступь была стариковски тверда.
Лишь голос пророчицы сзади когда
раздался, он шаг придержал свой немного:
но там не его окликали, а Бога

пророчица славить уже начала.
И дверь приближалась. Одежд и чела
уж ветер коснулся, и в уши упрямо
врывался шум жизни за стенами храма.

Он шел умирать. И не в уличный гул
он, дверь отворивши руками, шагнул,
но в глухонемые владения смерти.
Он шел по пространству, лишенному тверди,

он слышал, что время утратило звук.
И образ Младенца с сияньем вокруг
пушистого темени смертной тропою
душа Симеона несла пред собою

как некий светильник, в ту черную тьму,
в которой дотоле еще никому
дорогу себе озарять не случалось.
Светильник светил, и тропа расширялась.

Я совершенствуюсь…

Кот Басё

 

В бреду

30/01/11

Плохие стихи, сложенные в бреду,
На грани отчаянно-тихого "Не уйду".
Слово, мелькнувшее на самом дне
Зрачков, и теперь поселившееся во мне.
Твои следы, затерявшиеся в темноте.
Перечень обвинений, сводящийся к клевете.
Огоньки праздника, горевшие вдоль реки.
Складки одежды, скрывающие изгиб руки.

Явные и незаметные, невидимые в суете,
Как отдельные ноты, звучащие в высоте,
Признаки и последствия, которые суть одно...
Об этой любви вряд ли когда-нибудь снимут кино.

И в декабре не каждый декабрист

И в декабре не каждый декабрист. Трещит огонь, и
веет летним духом. Вот так сидеть и заоконный свист,
метельный свист ловить привычным ухом.

Сидеть и думать, что вокруг зима, что ветер гнет
прохожих, как солому, поскольку им недостает ума в такую
ночь не выходить из дома.

Подкинуть дров. Пижаму запахнуть. Лениво ложкой
поболтать в стакане. Хлебнуть чайку. В газету
заглянуть - какая там погода в Магадане?

И снова слушать заоконный свист. И задремать - до
самого рассвета.
Ведь в декабре - не каждый декабрист.
 Трещит огонь.
У нас в квартире - лето... 

Феликс  Кривин

***

Иосиф Бродский

Не выходи из комнаты, не совершай ошибку.
Зачем тебе Солнце, если ты куришь Шипку?
За дверью бессмысленно все, особенно - возглас счастья.
Только в уборную - и сразу же возвращайся.

О, не выходи из комнаты, не вызывай мотора.
Потому что пространство сделано из коридора
и кончается счетчиком. А если войдет живая
милка, пасть разевая, выгони не раздевая.

Не выходи из комнаты; считай, что тебя продуло.
Что интересней на свете стены и стула?
Зачем выходить оттуда, куда вернешься вечером
таким же, каким ты был, тем более - изувеченным?

О, не выходи из комнаты. Танцуй, поймав, боссанову
в пальто на голое тело, в туфлях на босу ногу.
В прихожей пахнет капустой и мазью лыжной.
Ты написал много букв; еще одна будет лишней.

Не выходи из комнаты. О, пускай только комната
догадывается, как ты выглядишь. И вообще инкогнито
эрго сум, как заметила форме в сердцах субстанция.
Не выходи из комнаты! На улице, чай, не Франция.

Не будь дураком! Будь тем, чем другие не были.
Не выходи из комнаты! То есть дай волю мебели,
слейся лицом с обоями. Запрись и забаррикадируйся
шкафом от хроноса, космоса, эроса, расы, вируса.

. . .

Холод букв не заменит блестящих глаз,
В этих линиях мало смысла...
Сотня лет - и "потом" перейдет в "сейчас".
И я снова считаю числа.
Я рисую на стеклах твой силуэт,
Будто это сомкнет орбиты
Наших очень далеких пустых планет
И позволит забыть обиды.
Я ночами теперь никогда не сплю:
В ночь дороги чуть-чуть короче.
Ничего не прошу. Все равно люблю.
Просто знай: я скучаю. Очень.

Зима чародейка

           Чародейкою Зимою
Околдован, лес стоит,
И под снежной бахромою,
Неподвижною, немою,
Чудной жизнью он блестит.
           И стоит он, околдован,
Не мертвец и не живой -
Сном волшебным очарован,
Весь опутан, весь окован
Лёгкой цепью пуховой...

            Солнце зимнее ли мечет
На него свой луч косой -
В нём ничто не затрепещет,
Он весь вспыхнет и заблещет
Ослепительной красой.

Федор Тютчев

ЗИМА ЧАРОДЕЙКА

Да, я душа...

Да, я душа...
Я скалюсь бешеной улыбкой
Я выбираю маску дня
И чтоб исправить все ошибки
Иду по лезвию огня

Я - зверь в своём обличьи прежнем
Я - ваша злость прожитых лет
Я - скальпель на руке небрежной
С миров срезающая свет

И мне почти уже не больно
Вы смейтесь, я под волчий зов
Была безумством тем довольна
Которое давало кров

А как иначе в окнах желтых
И в петлях, где болталась смерть
Тащить к себе почти что мёртвых
И в подворотнях громко петь

Затем их разбудить не верой
В их чудесах взорваться сном
И как убийственной холерой
Прочистить время звуком "ОМ"

Я скалюсь радостной улыбкой
Я маски рву руками дня
Я - падшая в реальность зыбкой
Игрой на лезвии огня

Илья черт

Ошибка.


Когда снежинку, что легко летает,
Как звездочка упавшая скользя,
Берешь рукой - она слезинкой тает,
И возвратить воздушность ей нельзя.

Когда пленясь прозрачностью медузы,
Ее коснемся мы капризом рук,
Она, как пленник, заключенный в узы,
Вдруг побледнеет и погибнет вдруг.

Когда хотим мы в мотыльках-скитальцах
Видать не грезу, а земную быль:
Где их наряд? От них на наших пальцах
Одна зарей раскрашенная пыль!

Оставь полет снежинкам с мотыльками
И не губи медузу на песках!
Нельзя мечту свою хватать руками,
Нельзя мечту свою держать в руках!

Нельзя тому, что было грустью зыбкой,
Сказать: "Будь страсть! Горя безумствуй, рдей!"
Твоя любовь была такой ошибкой,
Но без любви мы гибнем.Чародей!

Марина Цветаева.

я хочу нравиться твоим маме, сестре, коту

что писать в ответ на дежурное
"как дела"?
то, что ты точишь лезвие, я - акробат, я хожу по краю его
то, как я без тебя тут медленно умираю
и, наверное, давно уже умерла б

если бы не встречала тебя в каждом сне
твое имя - в каждой второй рекламе

для чего тебе спрашивать про дела меня
их всего ничего здесь - скука, простуда, снег

мне сказать тебе то, о чем думаю в тишине?
то, что я хочу нравиться твоим маме, сестре, коту
то, как имя твое перекатывается во рту
пока ты не ответишь мне?

здесь теряют смысл все планы,маршруты, бег
так как все пути ведут меня не туда
и любой разговор - это просто течет вода

если спросят не о тебе 

Обернись

Семизвучная пела кифара -
Слух имеющий, всякий пленён.
Пали ниц перед трепетным даром
И Аид, и суровый Харон.

Шли на голос прозрачные лики
Из покинувших бренную жизнь.
...И неслышная тень Эвридики
Умоляла тебя: «... Обернись!»

Ты не знал. Было ей очевидно,
(И от боли стонало в груди),
Что из тёмного царства Аида
Должен выйти был кто-то один...

Автор - Арома Лайм

Джордж Фредерик Уотс Орфей и Эвридика

ДАЛЕЕ

_____________________________________________________________________

Все было... Но очень давно..

Наши тени с каждым днем все короче,

И о прошедшем времени думать к ночи

Легче всего, когда тьма скрывает

Крылья, которые не оборвали.

Календарные листья вдруг стали часами,

Хоть без них мы помним о дне, что острее стали,

-- Тридцать первое скоро, и открываются входы,

Ждут давно нас, Ангел мой, те, кто нашей породы.

Если видишь сквозь тьму - там пожар деревьев в крови,

-- Трубадуров, умеющих петь только на языке любви.

Мне другого не надо. У ног лишь твоих сидеть,

Слушать песню дождя, вместе с тихим ветром лететь...

Если нам перекроют дыханье, мы это переживем.

Крылья, Ангел мой - наши. И что значит слово "умрем"?

Мы не знали, что время не выбирают,

Если б знали, -- не выбрали бы ни края,

Ни безумного времени... Куда ни посмотришь - жуть,

От которой ночью нам не заснуть.

Мы не знали, что нас разлучат насильно,

Мы не знали: реальность - невыносима,

Мы не знали, что нам ничего не успеть...

В дверь стучат... Открывай, мой Ангел, там - Смерть...

   

Просто выстрел и слово меняют дорогу

И ее траектория движется вверх

- К облакам или звездам и, может быть, к богу,

Где квитанцию выпишут с надписью "грех".

И я стану дождем, и заплачу с тобою...

Ты не можешь - тем лучше, -- лишь я за тебя,

Если вспомнишь, то поздно, и я не укрою:

Мои крылья исчезли в потоках дождя.

Я уйду, не сказав тебе больше ни слова,

Лишь осенним листом тихо стукну в окно,

И при встрече случайной ты спросишь: "И кто вы?

Мы встречались?" - "Все было... Но очень давно..."

 

© Останина Екатерина Александровна - Крылья ангелов (отрывок)

 

_______________________________________________________

Встреча...

Встреча  - сюжетом с большого экрана, столик нас ждет в глубине ресторана, ладони в приветствии - дерзко и странно, но мы ведь не виделись тысячу лет. И пара веков, чтоб на это решиться, без подготовки – с тобой созвониться. Сколько сейчас нам? Полвечности? Тридцать? Сколько мы врозь умираем?..
 
- Привет.

- Привет. У тебя незнакомая стрижка…

- А ты не меняешься – стройная. Слишком. И в шелковом платье – немного мальчишка, такие же чертики пляшут в глазах…

- Как дети?

- Нормально. Как бизнес?

- Отлично.

Болтать о погоде, друзьях и привычках, но только ни слова о главном – о личном – глотать по слогам, чтобы вдруг не сказать. Чтоб вдруг не сломаться, когда между делом бретелька скользит по атласному телу, когда замирают ресницы несмело и нежно нога приникает к ноге, когда разговор обрывается резко…

Бриллиант невозможного, редкого блеска…

- О чем это я? /о тебе/ О подвеске. А камни – хранители старых легенд. И в этом таится немало историй – о силе стихий, что отчаянно спорят, о теплом, далеком, мерцающем море, о наших следах на прибрежном песке…

- Бриллиант?.. /равнодушно/ - всего лишь подарок.

Я знаю, я помню – ни слова о старом. О чем-то грустят саксофон и гитара, и пульс камертоном им вторит в виске.
За темной портьерой скрывается вечер, и в сумраке видеть становится легче, мы пьем за удачу и новые встречи, и память сочится по капле в вино…

- А помнишь тот поезд, купе иностранцев, а помнишь перроны заброшенных станций, и как невозможно хотелось остаться на самой далекой…

- И самой родной.

Овал виноградины – темный и спелый.
Откуда такая внезапная смелость?.. Смущаться, краснеть и шутить неумело над тем, что священно до самых глубин… Молчать невпопад и неловко смеяться, до хруста сжимая под скатертью пальцы…

- Что делать с разлукой?

- Ее не бояться. Не верь в расставание. Просто люби.

Люби, не стирая поставленных меток, ты помнишь, как я умоляла об этом, и билась луна на кристаллики света и рассыпалась по влажной траве…

- Я помню.

И время уходит в пространство. Любимая, ближе! Любимая, здравствуй! Так память становится нашим лекарством, блуждая по руслу натянутых вен.  Ты помнишь, как ночь бушевала в долине, и как мы будили змею кундалини, и как на плечах наших линии лилий приобретали знакомый рельеф, ты помнишь, как мы прорастали друг в друга – губами, дыханием, взглядом и звуком?..

Искрится шампанское радужной вьюгой, и улыбается нам сомелье.

© Copyright: Кот Басё, 2010

Капелька мёда...

 

Вновь непогода...
Свет отражённый
в зале.

Капелька мёда
на обожжённый
палец.

Жаль, но на душу
мёд не наложишь.
Что же

душу ты сушишь,
будто бы кожу,
ложью?

Божьим каплет дождём
вера на рану.
Всё ещё верим, ждём?..
Странно...
 

 

 

 

 

/  Николай Туманов

Белоснежка_Аля, с Днем Рождения!!!

Мы кружимся, в нежном танце,

Прозрачных дыханий «ПА»,

Искрятся протуберанцы

На холоде стекла…

Приникли с тобой к окошку…

Один на двоих узор…

В нем все есть понемножку…

И нежность, и всякий вздор:

-Смотри - какие звезды!

-Смотри - какая луна!

В дурачествах не серьезных

Проводим ночи без сна…

И в день окунемся разлукой…

Ненужности суеты…

И ожидания мукой…

Той ночи где Я и Ты…

Все в мире - никчемная суя…

Лишь вздора узор на стекле

С тобой мы танцуя рисуем…

В нем смысл всего на Земле…

Счастливых Выдают Глаза…

***

Счастливых выдают глаза:
Как выдает Христа распятье,
Как шлюху – призрачное платье,
Как боль душевную – слеза.

Счастливых выдают глаза,
Что светят яростно и ярко,
Их взгляд один ценней подарка,
Который не вернуть назад.

Счастливых выдают глаза -
Сильней, чем клятвы и молитвы.
Сильней, чем вера в чудеса,
Пейзаж прекрасный после битвы.

Счастливых выдают глаза

***

Андрей Богуславский

Дождик...

 

А дождик пойдёт в этот день непременно,
Прилипнут к упавшей листве мостовые,
И зонтик качнётся… девчонка-царевна
Посмотрит в глаза мне так близко впервые…
Сомкнётся над нами стена водопада –
Хрустальными струями хлынет ненастье,
А мне улыбнётся девчонка-награда
Глазами, в которых и солнце, и счастье.
Не будет уже ничего между нами –
Ни мокрых такси, и ни шума вокзала,
Услышу как ты мне одними губами:
А я ведь другим тебя не представляла…
Нас ранняя осень обнимет за плечи,
Приблизятся взгляды и сердцебиенья,
Казалось, две вечности ждали мы встречи,
Хоть жизнь не бывает длиннее мгновенья.
Всё золото мира – с деревьев на лужи,
Все звёзды вселенной – сквозь землю ручьями,
- Нужна, понимаешь?!
- Ты очень мне нужен!...
И, значит, не властна разлука над нами.
А дождик при встрече – святая примета:
Прольётся слезами, и больше не надо!
И осень не повод грустить, если лета
Теплей и светлее моя ненагляда.
Как трудно найтись в этом мире огромном,
Но две половинки в нём не разойдутся –
Ты видишь две капельки в небе оконном?
Они обязательно где-то сольются…
 

 

/ Сказоч-Ник

Расскажи мне…

Расскажи мне о своих любимых не любимых числах
о своих рецидивах и одиночествах
о вечно отстающих стрелках на запястьях
о дорогих тебе именах-отчествах
о неземных счастьях и земных несчастьях

о каких-нибудь мелочах.. вроде забытых ключей
и потерянных телефонов
о серьёзных фильмах и дешевом порно
обо всех этих “неправильно набран номер”
или “вы не туда попали ”
о промокших в кармане marlboro
обо всех “извини, просто, наверное, не совпали”

о забытых паролях к ящикам сердцам и анкетам
о том, как зимой в этом городе мало света..
как сходятся люди и расходятся фазы
как становится легче от какой-нибудь глупой фразы
сказанной или даже брошенной между прочим
обо всех банальных “не любит не ждёт не хочет”

расскажи мне о скрытых смыслах. о всём, что важно
как бывает одновременно тепло и страшно
о своих самых безумных планах мечтах поступках
о нечаянно брошенных трубках
о всяких глупостях.. вроде там – сколько часов в сутках
и машин в пробках
о том как всё это на самом деле смешно и не нужно

расскажи мне.. я просто хочу тебя слушать.

Глеб Муха

Как часто не хватает человека, который просто бы хотел тебя слушать… и невольно задаешься вопросом, а могла бы ли я стать для кого-то таким человеком?..

утро вдоль позвонков сутулой спины дорог

как признаться самой себе что ты мне дорог до судорог

самолеты внутри атакуют сердечный клапан. не заглушить гул

я без тебя неделями не смогу. 

просыпался октябрь. целовал молодые губы слепых рассветов.  живу 

одинокой бескрылой птицей. ампутированной планетой. 

питаюсь кофе и снами от молока и снега белесыми 

в бледные кудри вплетаю цветы и заплетаю в косу их. 

меня уже не касается, что ты касался моих слабостей и волос.

скажи мне что все не кончилось 

просто стало совсем другим. 

октябрь мне всю спину разлуками будто розгами исходил. я молчу оттого что

голос застрял занозой. стоит поперек груди 

сентябрь с неделю назад закончился, а меня так никто и не разбудил. 

в этом холоде крылья опавших листьев штурмуют окна. 

 слышишь ты - мне здесь чудовищно зябко и одиноко 

 иней сухой тоски ложится на полупрозрачные веки. 

 да простит мне бог, что я так 

 безбожно скучаю 

 по человеку. 

© Эм Соловьева

 

 

Анна Ахматова "Смятение"

1.

Было душно от жгучего света,
А взгляды его – как лучи.
Я только вздрогнула: этот
Может меня приручить.
Наклонился – он что-то скажет...
От лица отхлынула кровь.
Пусть камнем надгробным ляжет
На жизни моей любовь.

2.

Не любишь, не хочешь смотреть?
О, как ты красив, проклятый!
И я не могу взлететь,
А с детства была крылатой.
Мне очи застит туман,
Сливаются вещи и лица,
И только красный тюльпан,
Тюльпан у тебя в петлице.

3.

Как велит простая учтивость,
Подошёл ко мне, улыбнулся,
Полуласково, полулениво
Поцелуем руки коснулся –
И загадочных, древних ликов
На меня поглядели очи...
Десять лет замираний и криков,
Все мои бессонные ночи
Я вложила в тихое слово
И сказала его – напрасно.
Отошёл ты, и стало снова
На душе и пусто и ясно.

1913